Черноморская районная общественно-политическая газета

Cтатус рабочего человека — достойно прожитые годы

Cтатус рабочего человека —  достойно прожитые годы


В дальнее, глухое село в Сумской области — на малую родину Владимира Поликарповича — Великая Отечественная война пришла очень скоро, уже в июле 1941 заявились сюда новые «хозяева», немцы и мадьяры. Оккупанты требовали безоговорочного подчинения, исполнения всех своих новых правил и предписаний. Все, от мала до велика, должны были работать в колхозе — пахали, сеяли, убирали, молотили. Всё выращенное колхозниками (колхозы, как объединение населения, оккупанты оставили), конечно, у тружеников забирали, и им самим доставались жалкие крохи, лишь бы с голоду не поумирали, работать-то кому-то надо было.
- И как же вы жили? — спрашиваю Владимира Поликарповича.
- Выживали, а не жили. Сказать честно, не столько оккупанты злобствовали, сколько бывшие свои, которые пошли в полицаи и служили захватчикам изо всех сил. Наши люди боялись больше их, нежели гитлеровцев. Был такой у нас в селе полицай — Гуржий. Он «руководил», когда у сельчан забирали домашний скот, и объяснял это просто: «Немецкие солдаты должны кушать мясо». А что оставалось нам и что должны были есть мы — его не волновало. Вот и у нас увели со двора кормилицу-корову. От полицаев все прятались, и дети, и взрослые, потому что ждать чего-то доброго от них не приходилось. Особенно ненавидели они «коммуняк». А после Победы почти все полицаи ушли с немцами, видно, было от чего бежать и прятаться…
- У нас в селе, — продолжает Владимир Поликарпович, — стояла большая неприятельская часть, и мне взрослые люди поручили внимательно высматривать, сколько там у фашистов автомашин, танков и пушек, когда и куда они выдвигаются, как ведут себя солдаты и офицеры. Обо всём этом я подробно пересказывал своему сверстнику, мальчику из соседнего села, одному и тому же, а он уж передавал «куда следует», я даже не знал, кому именно. Уже только потом, после ухода фашистов, узнал: партизанам, которые и в нашем районе вели свою работу.
- Итак, село ваше гитлеровцы заняли стремительно и сразу. А как они от вас уходили?
- Да, я помню — как. В один из дней стали вдруг собирать по дворам коней и телеги, где они ещё оставались. Вваливается к нам домой один вояка, говорит: «Матка, матка, дай хлеб, млеко» и сел за стол. Мы дома были с бабушкой, она засуетилась, пожалела (человек же!), даёт ему кусочек хлеба, картошку. Да что у нас и могло тогда быть! Он кивает: «Гут, гут», да прямо за столом и уснул. Замаялся, видно. И тут вбегает другой немец, выдергивает его, и оба быстренько убрались от нас. В селе стало вдруг тихо, притихли и все сельчане. А поздним вечером появились и наши. Как же мы все их ждали! Нас, пацанов (а мы всюду хотели собственными глазами посмотреть, какие же они — «наши»), взрослые отправили в подвалы, гоняли, чтобы мы не путались под ногами и никому не мешали. Понаехало много бронемашин, танков. Рано утречком я выглянул из подвала. Тишина. Из-за угла нашего дома увидал меня советский боец, поманил пальцем и спрашивает тихонько: «Мальчик, пойди сюда. Немцы — есть?». Отвечаю: «Вчера ещё полно было, а сейчас — нет никого». А я потом спускаюсь в подвал с новостью: наши пришли! Когда бойцы днём мылись на ставке сельском, мы во все глаза смотрели на них.
- А каким был у вас День Победы, девятое мая?
- О, было столько радости, смеха, крика! Женщины, правда, почти все плакали, а мы, дети, не понимали — почему…
И пошла мирная жизнь, тяжёлая, трудная, но всё-таки мирная! Владимир Поликарпович вспоминает:
- После освобождения нашего села дети школьного возраста должны были вернуться в школу, в свои классы за парты. Пошёл и я. Но месяца через два-три говорю маме: «Всё! В школу не пойду. Работать надо». И стал работать в колхозе. Лошадей бригадирша доверила, правда, лошади "поганеньки булы". И на волах возил всё, что надо было. Готовили землю под посевы, засевали поля. Убирали зерно, сдавали его государству, как тогда говорили. А в 46-м году вызвал меня к себе председатель колхоза, говорит: хочу послать тебя учиться, дам направление от колхоза, но ты хорошенько подумай. А тогда помните — даже документов у колхозников не было. Дома своим сообщаю о том, что мне предложил председатель. А я ведь один мужчина в доме остался. Отец, Поликарп Трофимович, фронтовой связист, был в одном из боёв тяжело ранен, умер в госпитале. Но мама сказала: «Учись, сынок!».
Учиться довелось в городе Ромны на совершенно неведомую, незнакомую мне профессию, о которой никогда до той поры я и слыхом не слыхивал, — на бурильщика скважин. По окончании училища, точнее — школы ФЗО (фабрично-заводского обучения), получив профессию помощника бурильщика по бурению нефтяных и газовых скважин, был направлен в трест «Крымнефтеразведка» и попал таким образом в Крым, где под Керчью тогда велось разведочное бурение на нефть и газ. Это был 1948-й год. Отсюда уходил в 1950-м служить в армию, сюда же и вернулся через четыре года. В последующем сменил несколько городов и мест производства буровых работ, но не потому что «бегал» с места на место, а в силу специфики самой работы — каждое новое назначение диктовалось производственной необходимостью: управление вело разведочное бурение, и каждый раз на новом месте. Южную Украину и пол-Крыма вдоль и поперёк изъездил: города под Харьковом, Феодосия, Саки, Евпатория и, наконец, Черноморское. Здесь вначале в Черноморском управлении разведочного бурения ПО «Черноморнефтегазпром», а годы спустя уже непосредственно в предприятии «Черноморнефтегаз» трудился слесарем по ремонту, бурильщиком высших разрядов, инструктором инженерно-технической службы.
Как трудился? А вот два таких эпизода в характеристику того — как. 
Первый: в стажёрах в бригаде бурильщиков разведочного бурения у Владимира Поликарповича в середине 60-х годов работал Якуб Ильницкий, который позже, защитив диплом в профильном вузе, так здесь и остался. «Трудолюбивый, старательный, — характеризует его Владимир Поликарпович, наставник, как в те годы говорили, — никогда ни от какой работы не отказывался, какою бы сложной и трудной она ни казалась. Якуб Иванович рабочую специальность изучил «от» и «до», отличный специалист получился!  Потому он и стал впоследствии руководителем одного из основных подразделений в «Черноморнефтегазе» — управления разведочного бурения. Мы с ним всегда были в хороших отношениях». Кстати, Якуб Иванович Ильницкий и по сей день трудится в предприятии «Черноморнефтегаз». 
И второй факт: за трудовую доблесть и высокий профессионализм Владимир Поликарпович награждён высшей советской наградой — орденом Ленина. Это был 1965-й год, время расцвета нефтегазовой отрасли в Крыму и наивысших трудовых достижений многочисленного коллектива рабочих, служащих, инженерно-технических работников предприятия «Черноморнефтегаз», ставшего к тому времени градообразующим у нас в посёлке Черноморском. Так что на заслуженный отдых В.П. Могилко уходил орденоносцем, имея десятки Грамот, Благодарностей, всяческих иных поощрений. Одним словом, за плечами — достойно прожитые годы.
Любовь ЧЕРНОГОРСКАЯ
Фото из архива 
Владимира МОГИЛКО



Комментарии

Список комментариев пуст

Оставьте свой комментарий