На сегодня планировался парад на Крещатике ветеранов УПА. Как передает «Лента.ру», марш не состоится, во всяком случае в этот день.

Сообщения о том, что предполагается такое мероприятие, вызвали серию актов протеста. Ветераны нашего района присоединяются к мнению Крымского союза офицеров, считающих, что «ветераны УПА могут пройти по Киеву только как военнопленные», но не герои.

Своими воспоминаниями, размышлениями о действиях воинов Украинской повстанческой армии делятся наши читатели. 

Село Курчица Городницкого района (в настоящее время Новоград-Волынского) Житомирской области, как и большинство сел украинского Полесья, расположено на берегу небольшой речки Случь. В этом селе за четыре с небольшим года до начала войны родился и я.

Слово «война» грянуло как гром среди ясного неба. Через неделю почти все мужчины были мобилизованы в ряды Красной Армии. Отец мой тоже ушел в военкомат, но через два дня вернулся домой, его оставили для работы в тылу, а точнее, для помощи в организации партизанского отряда (он до поступления в сельхозтехникум служил в войсках НКВД). Отец попрощался с нами и уехал в партизанский отряд Руднева, где был назначен командиром взвода разведки.

Как только партизаны начали активные действия против фашистов, эсэсовцы стали жечь села. Такая же участь постигла и наше село: в один из летних дней 1942 года каратели сожгли всё до единой хаты. Стены дома, в котором мы жили, были сложены из кирпича (один дом на всё село — так называемый зооветучасток), поэтому сгорела только крыша, а остались стены да печь с дымоходом. Люди ушли в лес, соорудили там землянки, в которых и жили до освобождения.

В одну из холодных январских ночей 1944 года от сильного удара кованым сапогом снаружи дверь упала внутрь нашего жилища, в комнату ворвались клубы морозного воздуха, и на пороге появились три молодых здоровяка, одетых в овечьи полушубки и вооруженных до зубов. Особенно мне запомнился стоящий в середине, повыше ростом и пошире в плечах (видимо, старший по званию), на голове белая каракулевая шапка, на которой был прикреплен ярко-голубой трезубец. Он дважды повторил в упор глядя на мать, один и тот же вопрос: «Де господар?». Мать плакала, и мы — трое детишек, мал мала меньше, прижались к ней, предчувствуя что-то страшное. Не получив нужного ответа от матери, они ушли, не тронув нас (мать была на 7-м месяце беременности, может, еще что-то человеческое осталось в душах этих бандитов). Через два дня пришел отец, и мы рассказали ему о ночных пришельцах. Отец, глядя в сторону, сказал: «Это была моя смерть мучительная». Бандеровцы тогда ловили партизан и живьем пилой перерезали пополам.

Прошли годы, ушел из жизни мой отец Илларион Павлович, награжденный за ратные подвиги медалью «За отвагу» и двумя орденами, а я никогда не забуду ту январскую ночь 1944 года, которая могла быть последней в моей жизни.

В 1957 году мне, студенту I курса сельхозвуза, дали бесплатную путёвку в санаторий «Моршин» Львовской области. В один из выходных дней, когда не было процедур, нас автобусом повезли в горы Карпаты на экскурсию. Выехав на трассу Старый — Болехов и проехав километров 15, автобус въехал в ущелье. С правой стороны я увидел братскую могилу воинов Красной Армии, но свежевзрытая земля и свежая бронзовая покраска солдата с приспущенным знаменем насторожили меня, и я спросил экскурсовода: «Это перезахоронение?» Он ответил: «Нет. Это свежая могила». И рассказал страшную быль, что на этом месте два года назад бандеровцами была расстреляна рота солдат из гарнизона города Моршин. Ночью командиру воинской части поступило сообщение о том, что в одном из ближних сел бандиты убивают людей. По приказу командира рота солдат на машинах срочно выехала в указанное село. Когда машины вошли в ущелье, бандеровцы перед первой и за последней машинами повалили сосны и с близкого расстояния пулеметным огнём убили всех. Вот так воевали «доблестные» вояки УПА. А сколько ими убито учителей, медицинских работников и других специалистов, посланных после войны на помощь Западной Украине!

И диву даешься, когда сегодня новоиспеченные историки стараются обелить этих бандитов, представить их как партизан правобережной Украины, а партизаны С.А. Ковпака — это партизаны левобережной Украины. И сегодня в регионах идет сбор подписей за признание УПА воюющей стороной во Второй мировой войне. 

Этого нельзя допустить. Нет прощения фашистским холуям!