14 августа 2024 г.
Тронуло душу письмо…
Подшивки старых газет хранят ценную информацию о людях, которых давно уже нет в живых, но память о них живёт и будет жить благодаря воспоминаниям их родных и близких. Редакция газеты «Черноморские известия» продолжает публикацию материалов о наших земляках, напечатанных много лет назад в газетах «Черноморская заря» и «Черноморские известия». Материалы предоставлены архивным сектором администрации Черноморского района.
Статья «Тронуло душу письмо…» была опубликована в газете «Черноморские известия» № 3 от 13 января 2007 года. Автор материала Г.Гайцук, уроженец села Красноярское, житель села Межводное.
Тронуло душу письмо…
В «Черноморских известиях» за 29 ноября 2006 года было опубликовано стихотворение «Обращение к погибшему летчику», — оно меня так заинтересовало, что я в тот день прочитал его 4 раза.
Это стихотворение заставило меня вспомнить о нашем земляке и родственнике (хотя и далеком, по линии матери) из села Красноярского — Николае Григорьевиче ПУЗИКЕ, 1921 года рождения.
Всю войну он летал штурманом на бомбардировщике ТУ-2. Из Киева прилетали бомбить Севастополь (Киев раньше был освобожден, а Севастополь — 9 мая 1944 г.), летели через наш район — и с интересом смотрели на АК-Мечеть (Черноморское), на родное село Донузлав (Красноярское). Не видел Николай его более четырех лет.
- Как-то на обратном пути забарахлил левый двигатель и через какое-то время остановился. Самолет взял крен, пришлось правому двигателю дать максимальные обороты, управление самолетом усложнилось. Три раза делали разворот на 360 градусов, чтобы выдержать курс на Киев. И так добрались, — рассказывал Николай Григорьевич. — А когда начали приземляться, загорелся правый двигатель от перегрузки. При сокращении скорости по взлетно-посадочной полосе пламя охватило кабину и дальше, но впереди уже стояли машины — пожарная, скорая, спасательная и другие. Началась борьба за спасение экипажа. Вытащили всех четырех, а когда снимали с них тлеющую одежду, кто-то из них закричал: «Ой, мамочка родная, зачем ты меня на свет родила!»
Это они, все четверо, уже после госпиталя, у Николая Григорьевича дома в селе Красноярское, рассказывали, кивая друг на друга и смеясь… Женщины стояли рядом, слушали и плакали — тогда в каждой семье были погибшие… Я стоял рядом и смотрел на руки и лица летчиков, на их спины и грудь (сидели по пояс раздетые): у всех по-разному на местах ожогов наросла и блестела нежная, красноватая кожа. После госпиталя им дали 45 суток отдыха, тетя Фрося, мама Николая, ухаживала за всеми: «Хлопцы, не сидите долго на солнце, идите в холодок!» — приговаривала… Стояло лето 1944 года.
Николай Григорьевич призвался в армию в 1940 году, годом раньше скоропостижно скончался его отец, Григорий Афанасьевич. Братья — Алексей служил в армии, Дмитрий — демобилизовался. Мы жили рядом, через дом, от их колодца носили воду. На том месте, где был наш дом, теперь стоит общежитие…
Прошли годы, уже нет в живых Николая Григорьевича и его супруги Галины, а их сын Анатолий проживает в городе Белая Церковь и бережно хранит награды отца — орден Ленина, орден Боевого Красного Знамени, два ордена Красной Звезды и другие. Мы с ним поддерживаем связь.



Комментарии
Список комментариев пуст
Оставьте свой комментарий